[Как 法 в Квонбёне] 66. Разоблачение работы, опасная грань между "компаниями" и "моими деньгами".

*Этот контент переведен с помощью ИИ.

Даже вопрос о растрате корпоративных руководителей, использовании средств развлекательных агентств и членских взносов для фан-клубов. Слово растрата теперь выходит за рамки экономики и не чуждо с точки зрения развлечений.

Интересно то, что многие из этих случаев не начинаются с плана «красть». «Я могу написать и заполнить его ненадолго», «Потому что у меня есть деньги, которые я получу в любом случае». Рабочее ранение обычно рождается на таких спокойных границах суждений.

Статья 356 Уголовного кодекса - это не легкое преступление, которое карается лишением свободы на срок до 10 лет или штрафом до 30 миллионов вон. Если прибыль превышает 500 миллионов вон, применяется Закон о конкретных экономических преступлениях, что может привести к тюремному заключению на срок более 3 лет и максимальному тюремному заключению при превышении 5 миллиардов вон. Но, судя по решению суда, критерий для определения виновности и невиновности заключается не в размере суммы, а в "незаконном завещании", т.е. в том, пытался ли он распоряжаться чужим имуществом как моим.

Верховный суд постановил, что деньги, предоставленные по усмотрению, такие как расходы на судейство и продвижение работы, не могут быть признаны растратой только потому, что они не могут объяснить, где они используются, и что их личное использование или чрезмерные расходы должны быть доказаны (решение Верховного суда 2011 года также 524). Есть также случай, когда нижний суд оправдал сотрудника, который перевел небольшую сумму со счета для сбора, а затем восстановил баланс, за то, что использование счета не было строго ограничено и не было четких указаний. Инцидент, в котором были сняты средства товарищества, но было много возможностей для возмещения существующих кредитных облигаций, также был невиновен.

Примеры противоположных фактов ясны. Менеджер, который перевел деньги с корпоративного счета на проживание, генеральный секретарь, который потратил 90 миллионов вон на личный бизнес, и председатель профсоюза, который заплатил деньги за назначение адвоката по его уголовному делу, не избежали вины. Это потому, что доказательством тому остается тот факт, что денежные потоки отходили от целей организации к личным карманам.

Эти прецеденты наводят на нас два момента.

Во-первых, для тех, кто управляет организацией, это «сила регулирования». Простое уточнение сферы использования корпоративной карты и расходов на продвижение бизнеса, процедур утверждения и сроков расчета может предотвратить значительное количество споров и недоразумений.

Во-вторых, для тех, кто занимается финансированием, это "власть рекордов". Записи, такие как резолюции совета директоров, соглашения о урегулировании споров и возвращении, становятся почти единственным средством доказательства его невиновности в будущем.

Деньги - это вопрос доверия. А в уголовном судопроизводстве доверие доказывают не словами, а бумагами. Если есть опасения, что граница между «корпоративными деньгами» и «моими деньгами» расплывчата, то именно настало время оставить запись и пройти процедуру. Причина, по которой облегчение приводит к суду, заключается в том, что он ближе к нам, чем мы думаем.

© STARNEWS. Đã đăng ký bản quyền. Cấm sao chép hoặc phân phối lại

*Этот контент переведен с помощью ИИ.